Закрыть ... [X]

О Чехове и дамской моде


Помните чеховское трехсестровое (ну хотелось бы думать, что помните, конечно же): "Наталья Ивановна входит; она в розовом платье, с зеленым поясом. "Наташа: (Мельком глядится в зеркало, поправляется.) Кажется, причесана ничего себе Ольга: Нет, просто не идет... и как-то странно...


Я не сильна в литературоведении, как и в театральной истории, поэтому я подглядела в в библиотеку о подробностях. Пьеса написана в 1901 г. Время действия не указано особо, но Знающие Люди (ТМ) говорят, что Чехов писал о своих современниках, т.е. где-то 1898-1900 гг. Мода того времени весьма элегантна и портные уже поуспокоились относительно новоизобретенных красителей, поэтому цвета стали чуть приглушеннее, разнообразнее, изысканнее.
Интересно, что в пьесе дважды упомянуты пояса. Сначала в вышеуказанной сцене, а второй раз в конце, когда Наташа говорит Ирине, что пояс не идет, надо бы посветлее. Если напрячь мой мозг (и мою библиотеку журналов мод), то вспомнится, что цветной пояс, отдельный или вшивной, шел в основном к костюму до 1899 г. С 1900 г. этот "пояс" - завышенная часть пояса или кокетки юбки или же напускная зауженная при помощи пуговиц, крючков или шнура часть блузки. Эта деталь довольно интересная, потому что к 1898 г. пояса уже перестали быть значимой и важной частью туалета, они уменьшились в ширине и в большей степени являлись рудиментом, к тому же в большинстве туалетов они вовсе исчезли или превратились в незаметную деталь тон-в-тон с цветом платья. А характерны пояса для 1894-1897 гг., когда они были "жирными", бросающимися в глаза, чаще всего контрастными или дополнительными по цвету. Значит действие пьесы может происходить и в этот период или в период перехода между стилями.
1894-1897 - это рукава-жиго, подчеркнуто узкие талии, плавно расширяющиеся к низу юбки. Костюм в основном состоит из двух частей, а пояс служит объединяющим моментом, помогающим подчеркнуть узкую талию.

Если говорить о времени 1898-1899 гг., то это уже "человеческие" размеры рукавов, приподнятых над плечами, юбки-колокольчики.

С 1900 г. начинается яркое шествие костюма эпохи модерн - S-образный силуэт, текучие линии, "удар кнута", "лилии" и прочая романтика.

Костюм для визитов (дело в этот момент пьесы, если помните во время праздничного приёма, точнее завтрака по поводу именин Ирины, время - полдень. Визитный туалет полагалось иметь довольно скромный, но элегантный, чтобы не обидеть хозяев или виновника торжества, а сестры - скромные люди, даже больше, поддерживающие идеи феминизма-суфражизма, а значит акцентированно отрицающие всяческий блеск, привязанность к внешней мишуре и прочим "дамским штучкам" (каждая сестра по-своему). Обычно утренний визитный костюм 1894-1897 гг. состоит из цельного ансамбля разделенного (или соединенного, в зависимости от задумки) поясом. В 1898-1899 гг. состоит из двух частей - юбки и корсажа (короткого или удлиненного). С 1900 гг. визитный туалет могут состоять либо из платья, либо из костюма состоящего из блузки, юбки и верхнего жакетика. Раз речь идет о поясе, все же имеет смысл считать, что Наташа одела туалет из двух частей.
Отставала ли Россия от европейской моды? Не так глобально, как в наше время. Это отставание было заметно по провинции и в основном из-за того, что готовое платье доходило туда медленнее, чем в столицы, да и люди были более консервативными. Многие перешивали старые платья по новой моде, поэтому часто было заметно смешение двух разных модных стилей. Вопрос, было ли такое отставание у сестёр в их провинции? Судя по их достатку, занятиях и устремлениях, девушки одевались более, чем скромно. Нет, не бедно, но скромно. К тому же, не стоит забывать, что в провинцию они переехали из Москвы, а значит, у них была возможность как минимум видеть (как максимум иметь самим) элегантные столичные наряды. Но о сестрах я порассуждаю в следующем посте, потому что это отдельная тема, а сейчас разговор о Наташе.
Наталья отличается от сестер и миропониманием, и жизненными приоритетами, и собственно происхождением. Наташа - "продукт местного рОзлива" - она из уездного города в котором проходит действие пьесы. Возможно, что она ездила в столицы (в Москву, но может быть и в Петербург), но скорее всего ее знания о моде и стиле ограничиваются модными журналами - местными, столичными и зарубежными, причем последние два вероятны в меньшей степени. Провинциальные модные журналы 1894-1899 гг - это перепечатки статей столичных и зарубежных изданий перенесенные на местную почву, с добавление "нужных советов хозяйкам" о том, как перешить, как переделать туалет, как сшить что-то своими силами и как быть "модной без особых затрат" и как сшить модный туалет из тканей, наличествующих в местной лавке. Видела (или читала) ли Наташа туалеты столичных модниц? Да, в модных журналах переодически писали и иллюстрировали туалеты знатных особ из столиц. Но это, как для любой провинциалки, заоблачная мечта, сказка. А провинциалки довольствовались модными ухищрениями местных знатных и важных особ и равнялись на то, что было перед глазами. Ко всему прочему, мозг Наташи не особо засорен всякими радикальными идеями вроде требований феминисток, суфражисток, она не принадлежит к курсисткам или институткам. Она обычная женщина провинциального городка, которую родители готовили к замужеству, воспитывая в девушке все "традиционные женские" интересы - мода, дом, муж, дети. Я не буду говорить о каких-то там идеях, которые Чехов вложил в образ Наташи, не об этом речь. Так вот, как обычная женщина того времени она конечно же выписывала модные журналы, посещала всяческие собрания и "клубы", общалась с подругами (которых, вероятнее всего, у нее, как у "местной" было значительно больше, чем у "приезжих" сестер), сплетничала, хвалилась, в общем жила нормальной обычной жизнью женщины провинциального города России того времени. И естественно, женщины не могли не общаться между собой о нарядах и модах. Возможно, что Наташа и с сестрами общалась на эту тему, но это остается за рамками текста пьесы (за исключением разве что упомянутых мной моментов с поясами).

Итак, Наташа выбирает для завтрака в доме сестер розовое визитное платье. Цвет весьма соответствующий и времени года и времени суток. Известно из множества различных источников (и журнальных, и книг по этикету), что для этого времени года и суток "предпочтительнее цвета светлые, легкие, возможно в мелкий рисунок, без кричащих деталей, но в визитных и платьях для приёмов разрешаются контрастные детали" (это из журнала "Модный свет" за апрель 1896 г.). К этому туалету она подбирает "зеленый" пояс, точнее такой цвет, который Ольга называет зеленым. Если это время 1894-1897 гг., то это вполне естесственно, даже модно, журналы парижские, венские и даже лондонские наполнены туалетами сочетающими эти два цвета в любых оттенках.
Вот примерно такие визитные платья и могли быть у Наташи.

Мне сложно сказать, были ли в русских журналах такие модели, но т.к. большинство иллюстраций перепечатывались из зарубежных изданий, думаю, что были. Для 1897-1899 г. это тоже не является каким-то вопиющим скандалом, нарушением правил этикета и вкуса, контрастные цвета приветствовались.


Единственная тонкость, о которой Чехов не упоминает, было ли этот туалет еще чем-то украшен, какие цвета были в составе кроме розового и "зеленого"? Если, предположим, платье было розовым, отделано какими-нибудь красными кружевами в синий цветочек, то, в этом случае, зеленый пояс был бы вряд ли уместен. Но Чехов этого не упоминает, значит, пожалуй, умствовать лукаво имеет смысл только при особом желании. Мы опустим удивление Ольги для следующего поста, а вот самое загадочное в этой сцене ответ Наташи: "Но ведь это не зеленый, а скорее матовый". Знающие Люди (ТМ) говорят, что Чехов специально ввел это сравнение двух понятий, которые нельзя сравнивать, чтобы показать тупость, глупость и необразованность Наташи. Скажу честно, я не читала ни писем Чехова, ни его записок, ни воспоминаний, ни воспоминаний современников и друзей, поэтому понятия не имею, расшифровывает ли Чехов самолично почему он использует это сравнение, поэтому свои мысли основываю на том, что не говорил. Но насколько для читателей того времени данное сравнение возможно и о чем оно говорит зрителю?
Как известно, Россия испокон веков использовала чужие слова, коверкая их, изменяя, извращая и переиначивая, чтобы использовать. В журналах употребляются такие загадочные цвета как палевый, вердепомовый, жонкилевый, пюсовый, мердуа, гридеперлевый и гриделиновый и т.д. и т.п. Все эти слова суть искаженное название цветов (или каких-то явлений, имеющих соответствующий цвет) в иностранных языках (в данном перечне - французском). Такое разнообразие цветов определяла мода и сознание людей того времени. Им не хватало зеленого, белого, серо-синего, красного цветов. Им интересны были оттенки, игра словами и формами, ассоциациями. Количество цветов, используемых в описаниях туалетов (да и не только туалетов) было в тысячи раз более разнообразным, чем встречаем мы сейчас в магазинах. Интересно и то, что один и тот же цвет мог иметь разные названия в разное время, в разных странах, в разных регионах. А в России вся эта кутерьма еще осложнялась и иностранными языками, которые были доступны тем или иным людям. Многое в языке зависело от того каким языком владел человек лучше - оттуда и брались слова для того чтобы описать действительность, окружающую человека. Это в принципе нормально, когда говоришь сразу на нескольких языках.
Наташа употребляет слово матовый. Надо отдать должное гражданке Кирсановой Р.М., которая в труде "Сценический костюм и театральная публика в России XIX в" упоминает о матовом, как о цвете. Но, что свойственно всем печатающимся историкам моды в россии, делает кривобоко и косолобо. То есть ей пришла (самой или нет - не суть) идея, что Чехов не так прост, как кажется с первого взгляда. Ей даже пришла мысль, вполне верная, что это цвет, а не обозначение фактуры. Жаль она так и не дошла до более логичного объяснения: Кирсанова упоминает "в конце 19 в., видимо после 1886 г., матовым называли особый оттенок - синевато-зеленый; сведения об этом приводятся в некоторых французских изданиях, и там же сообщается, что этот цвет получали на основе индиго". Жаль только г-жа Кирсанова забыла упомянуть в каком именно "некотором фрацузском" издании это упоминается. Ну да ладно, будет чем заняться моим провинившимся студентам, которые при оказии будут посланы в отдел периодики РГБ. И там же они смогут посмотреть каталоги материи, красителей и тканей, где названия и описания есть. Но мало брякнуть ссылку в неизвестно, надо еще и подумать о том, что брякать. Ибо, вот лично Вы можете себе представить сочетание розового платья с таким вот синевато-зеленый поясом? Конечно, все зависит от тона розового, но знаете, первое, что мне нарисовалось в голове достаточно мрачновато в плане вкуса. Как-то глазик режет. Я понимаю, что нужно было брякнуть что-то, подходящее "и нашим, и вашим", ведь Знающие Люди (ТМ) говорят, что это специально, чтобы показать нелепость одежды. Но, если почитать еще разок этот кусочек, то получается, что матовый она произносит в оправдание, что пояс-де подходит к платью. Для тех у кого плохо с цветовосприятием, берем пейнтшоп и смотрим эти два сочетания: розовый с зеленым и розовый с зеленовато-голубым. Не получается оправдания (если верить моему цветовсприятию). Ко всему прочему, если уж говорить о том, что Наташа-таки глупая, ограниченная курица, то уж в платьях-то такие персоны точно особо не фантазируют, тому примеров масса и в наши дни вокруг. Такие персоны берут и "слизывают" туалеты из журналов. И тут снова начинается заковырка не в пользу Кирсановой. Лично я встречала очень много туалетов того времени в сочетании розовый/зеленый и всего несколько в сочетании розовый/сине-зеленый. И это я говорю только об иностранной прессе, которой ни в пример больше выпускалось, чем в России. Какова вероятность, что в уездный город попадет журнал с таким редким платьем, сочетающим розовый и сине-зеленый? Какова вероятность, что такое попадется Наташе? И она еще при этом закажет портнихе сшить это? Если честно, то мне кажется это маловероятным.
Конечно, понятно, почему Кирсанова скромно упоминает именно синевато-зеленый. Потому что во-первых, все-таки Ольга не дальтоник и в цвете пояса должен быть зеленый оттенок. Но и по её личному мнению, этот цвет должен идти к розовому и ей показалось, что именно синевато-зеленый должен идти к розовому. Жаль только, что госпожа Кирсанова не удосужилась посмотреть на этот её придуманный "матовый", потому что, взглянув, она бы поняла, что названия для такого оттенка уже существует немало и ни один из них не называется матовым. А для того чтобы понять, откуда взялось это слово, имеет смысл обратиться к словарям. Даль поясняет: "матовый цвет - тусклый, в затине". Ушаков дополняет: "тусклый, затинный, без лоску и блеску; имеющий светлые разводы; темно-серое сукно с зеленцой и светло-серое с оттенком тины, плесени. Также без блеска, недостаточно яркий, очень слабый". Как мы видим оба этих пояснения обращаются к тине, плесени, чтобы увидеть цвет плесени достаточно взглянуть за забытый где-нибудь кусок хлеба - там блистают все оттенки матового цвета. Слово матовый может иметь происхождение почти из всех европейских языков - это вопрос этимологии. Лично я встречала словосочетание матовый цвет (Farbig Matt) только один раз в журнале Theaterszeitung за 1867 г., где в разделе моды в описании туалетов для прогулок представлено платье серовато-зеленоватого цвета.
Примерно вот такого тона/цвета:
и, кстати, вот такой туалет мог быть у Наташи в начале второго действия, где Чехов упоминает капот.

Может быть Наташа в гимназии учила немецкий и просто автоматом произнесла знакомое название на русский манер. Или просто этот цвет был достаточно распространен.
Шьет ли Наташа сама или заказывает туалеты у портнихи мы не знаем. Это во многом зависит от благосостояния семьи, Чехов напрямую об этом не упоминает. Но косвенно мы можем догадываться, что скорее всего туалеты шьет портниха: во-первых, в пьесе фигурирует четыре костюма, но появлений Наташи больше и значит, туалетов возможно было тоже больше, просто не о всех задумал упомянуть автор; во-вторых, туалеты, судя даже по скудным описаниям довольно сложные; в-третьих, у Наташи довольно много дел (дети, дом, муж, сестры), так что вряд ли у нее есть возможность заниматься туалетами самой. Но в любом случае, туалеты эти подобраны из модных журналов.

"Маша: Ах, как она одевается! Не то чтобы некрасиво, не модно, а просто жалко. Какая-то странная, яркая, желтоватая юбка с этакой пошленькой бахромой и красная кофточка. И щеки такие вымытые, вымытые!"

На слух, для "классического" воспитания ("черный низ белый верх") большинства людей, которые в состоянии прочесть пьесу и может быть даже понять её, это звучит жестко. Желтоватый с красным, да еще и бахрома. В мозгу читателей (а, что хуже еще и ставителей, рисователей, одевателей и критикователей) это выглядит как окно завешанное гардиной из жуткого бархата за штуку баксов из соседнего магазина "Шторы на просторы". Такое яркое контрастное сочетание, да еще и бахрома, на мой взгляд, более раннее явление, чем предполагаемое время действия пьесы. Это больше характерно для эпохи позднего турнюра. Возможно ли, что Наташа просто перешила под новый силуэт старый туалет? Возможно. Вопрос еще и в том, где видела её Маша. На новогоднем балу-маскараде в земстве? На прогулке? В магазине? У знакомых? В театре? Дома у Наташи или дома у сестер? Каков был случай, что это за время года, время дня. Неопределенно. А от этого многое зависит, в том числе и то, насколько такой туалет был уместен. Но это лирика, а на деле, мы встречаем такое сочетание (желтоватый/красный) довольно часто, как я уже сказала в период турнюра, но и в конце 19 в., данное сочетание встречалось, причем, самое интересное в этом, что такое сочетание было свойственно далеко не всем странам. Его предпочитали русские, французы и американцы. Остальные страны рекомендовали избегать этого сочетания "как чрезмерно вызывающего" ("The best manners for girls and young ladies" London 1887 г.).
Красно-желтые на все случаи жизни:


А эти немного раньше по времени, да к тому же Ворт. Вряд ли у Наташи были деньги и возомжности шить туалеты у Ворта, но увидеть их в журнале и повторить у своей портнихи она могла:

Вообще, смотря на скупо-описанный гардероб, о Наташе все же складывается довольно приятное впечатление. Девушка со вкусом, не лишена смелости в том, что касается туалетов. Судя по упомянутым Чеховым туалетам, предпочитает французские модели. Знает этикет, читает модные журналы, книги по хорошим манерам (в таких книгах тогда писали какой цвет что обозначает, поэтому и спрашивает у Ольги во время первого разговора о приметах, решив, что что-то упустила из виду), видимо ходит в "клуб" (где-то встречается с подругами), имеет портниху и может быть даже доступ к иностранным тканям. Ухаживает за собой, используя, судя по всему косметику (не от этого ли "щеки вымытые" - бело-розовенькие, как у ребенка после ванной или у женщины с хорошей косметикой). Не смотря на свою пустоголовость (свойственную родившим женщинам, которых к тому и готовили, чтобы быть мамашкой), она не забывает заметить кто во что одет и что кому идет, я бы даже не удивилась бы, если бы она была задумана блондинкой и вообще представительницей обычных, ничем не выделяющихся из общей массы женщин.

В статье использованы фрагменты иллюстраций из модных журналов Англии, Америки, Франции, фотографии, костюмы из музейных и частных собраний Японии, США, Англии.

(с) yukaito


Источник: http://antique-fashion.livejournal.com/88797.html


Поделись с друзьями



Рекомендуем посмотреть ещё:



Чехов. Три сестры. Наташа. - Секреты бабушкиного сундука Зеленая березка из бисера. Мастер класс с пошаговыми фото


О Чехове и дамской моде О Чехове и дамской моде О Чехове и дамской моде О Чехове и дамской моде О Чехове и дамской моде О Чехове и дамской моде О Чехове и дамской моде О Чехове и дамской моде О Чехове и дамской моде


ШОКИРУЮЩИЕ НОВОСТИ